ЗОЛОТАЯ МАСКА - ФЕСТИВАЛЬ И ПРЕМИЯ
Франсис Пуленк

Диалоги кармелиток

Театр «Геликон-опера», Москва
Номинации на Премию «Золотая Маска» 2005г.- «Лучший спектакль в опере», «Лучшая работа дирижера», «Лучшая работа режиссера», «Лучшая работа художника в музыкальном театре» (Игорь Нежный, Татьяна Тулубьева), «Лучшая женская роль»(Наталья Загоринская)
Либретто Жорж Бернанос

Режиссер-постановщик Дмитрий Бертман
Музыкальный постановщик и дирижер Владимир Понькин

Сценография Игорь Нежный

Костюмы Татьяна Тулубьева

Хормейстер-постановщик Денис Кирпанев

Художник по свету Дамир Исмагилов



Артисты: Андрей Вылегжанин, Михаил Давыдов, Игорь Тарасов, Сергей Яковлев, Елена Вознесенская, Наталья Загоринская, Юлия Корпачева, Татьяна Куинджи, Елена Семенова, Владимир Болотин, Николай Дорожкин, Дмитрий Хромов, Франсуа Суле, Сергей Костюк, Анатолий Пономарев, Михаил Серышев, Сергей Балашов, Андрей Паламарчук, Михаил Серышев, Дмитрий Калин, Олесь Парицкий, Ксения Вязникова, Елена Гущина, Лариса Костюк, Алиса Гицба, Марина Карпеченко, Светлана Создателева, Елена Ионова, Мария Масхулия, Светлана Российская, Марина Андреева, Юлия Арсентьева, Анна Гречишкина, Марина Калинина, Виктория Лямина, Елена Куфко, Ольга Резаева, Вера Егорова, Екатерина Облезова, Маргарита Аракелян, Елизавета Серышева, Елена Буйнова, Ольга Жилина, Ирина Ермакова, Оксана Кириченко, Антонина Волкова, Юлия Морозова, Людмила Кудряшова, Светлана Никитина, Алла Очеретнер, Ирина Раева, Полина Вылегжанина, Ольга Горохова, Ульяна Ильина, Алла Алимова, Наталья Фаттахова, Эвелина Астафурова, Елена Воробьева, Елена Селезнева, Галина Тукмакова, Денис Дианов, Дмитрий Коротков, Артем Чулков, Людмила Кудряшова, Галина Тукмакова.

Продолжительность 3 ч. 35 мин. с 1 антрактом
«Диалоги кармелиток» поднимают важнейшие проблемы жизни в эпоху исторических катаклизмов: безнаказанность террора, гибель семьи в мясорубке политических переворотов, страх смерти, ответственность личности, революционный экстаз толпы, обретение истины в вере. Однако важнейшей и остро современной представляется проблема уничтожения духовности.
Вот об этом мы и ставим наш спектакль.

Драматический и музыкальный материал оперы дает возможность для ярких актерских и исполнительских работ. А реальность исторических персонажей требует от нас особой деликатности и обдуманности подхода к постановке.

День за днем все больше погружаясь в спектакль на репетициях, я вдруг в ужасе почувствовал, что и сам будто оказался в каком-то монастыре, живущем по своим особенным законам. Я понял, что монастырь – жуткое закрытое общество, государство, неизбежно вступающее в конфликт с другим государством, внутри которого оно заключено.

Это ощущение не оставляло меня до той счастливой минуты, пока артисты не начали радовать своими неординарными работами, своим творческим волнением, своими вполне земными вопросами: «Ну что, получается что-нибудь?»
Дмитрий Бертман





Дмитрий Бертман попытался соединить противоположности...Он вслед за автором пьесы Жоржем Бернаносом не хочет признавать в монахинях ангелов. Они у него подвержены всем человеческим слабостям, а мать-настоятельница даже в своей мучительной смерти зовет не стыдиться себя и не искать в монастыре иллюзорных добродетелей. В монашеских одеяниях соединены аскеза и подавленная чувственность.
Это спектакль, поражающий хрупкостью человека перед стальной Идеей. Он о том, как легко крест превращается в клинок. О кровавой игре, которой от века предается человечество и суть которой – казнить и миловать. Гильотинирование уподоблено боулингу:… голоса живых тонут, захлебываются в механической мертвечине. Идея гибельной игры доведена до символа, и эта игра – тоже одна вовсе времена и эпохи.

В московских «Кармелитках» есть свойственная музыке ХХ века спрессованность оркестровой ткани и тот нерв, который сообщает партитуре драматургическое единство.
«Российская газета»





Дмитрий Бертман подобрал к «Кармелиткам» оптимальный в наших условиях ключ психологического театра (в его трактовке прекрасно приживающегося в условном сценическом пространстве и вполне совместимого с языком метафор и «знаков»). Внешняя статика оперы Пуленка взрывается Бертманом изнутри предельной интенсивность внутренней жизни персонажей, в результате чего возникает столь редкое в наши дни на музыкальной сцене напряжение, буквально электризующее зал.
газета «Культура»