ЗОЛОТАЯ МАСКА - ФЕСТИВАЛЬ И ПРЕМИЯ
Цезарь Пуни

Катарина, или дочь разбойника

Театр оперы и балета им. Д.А. Хворостовского, Красноярск
Номинации на Премию 2023

Балет / спектакль
работа дирижера (Иван Великанов)
работа балетмейстера-хореографа (Сергей Бобров)
работа балетмейстера-хореографа (Юлиана Малхасянц)
работа композитора (Петр Поспелов)
работа художника (Альона Пикалова)
работа художника по костюмам (Елена Зайцева)
работа художника по свету (Руслан Майоров)
женская роль (Елена Свинко)
мужская роль (Марчелло Пелиццони)
мужская роль (Матвей Никишаев)

романтический балет в трех актах, пяти картинах и с тройным финалом по материалам одноименного балета Жюля Перро

Историческое исследование и адаптация балета: Елена Черемных, Ольга Федорченко
Хореографы-постановщики, авторы музыкальной драматургии: Юлиана Малхасянц, Сергей Бобров
Дирижер-постановщик: Иван Великанов
Автор оркестровой реконструкции: Петр Поспелов
Сценограф-постановщик: Альона Пикалова
Художник по костюмам: Елена Зайцева
Художник по свету: Руслан Майоров
Создание визуального произведения (контента): Ирина Синельникова
Консультант: Юрий Бурлака
Ассистент художника по сценографии: Светлана Нечаева
Ассистент художника по костюмам: Майя Майер

Артисты: Наталья Боброва, Елена Свинко, Анна Федосова, Георгий Болсуновский, Матвей Никишаев, Марчелло Пелиццони, Юрий Кудрявцев, Якопо Тисси, Анастасия Белоногова, Анастасия Нигматулина, Анастасия Осокина, Анна Саленкова, Кирилл Литвиненко, Олег Ронский, Денис Казарин, Егор Осокин, Родион Зиняк, Даниил Костылев, Илья Хапров, Демид Зыков, Иван Карнаухов, Никита Лысенко, Константин Полковников, Алексей Бальва, Ярослава Болсуновская, Елизавета Волкова, Вероника Клюсова, Мариами Саулис Асули Кулошвили, Елена Михеечева, Филипп Аржанов, Григорий Ботенков, Кирилл Булычев, Федор Пискарев, Олексий Скалюн, Максим Иконостасов, Антон Лысов, Юрий Романчук, Валерий Гукленков, Александр Моисеев, Денис Погорелый, Олег Посельников, Анна Шаманова, Ксения Крентовская, Ксения Ляпина, Юлия Ляховых, Полина Маягачева, Маргарита Белова

Продолжительность 3 ч. 20 мин.


Возрастная категория 12+

Собрав весь, какой только можно, исторический материал, мы получили некую опорную конструкцию, которая, безусловно, помогла нам ретроспективно восстановить исторические механизмы «Катарины». Что я подразумеваю под этим?
Описание первого либретто, которое Юрий Петрович Бурлака, наш консультант, нашел в английской газете 1846 года мы соединили с миланской версией либретто 1847 года. В Государственной библиотеке Баварии обнаружили и приобрели еще одно либретто – 1849 года. Было у нас в распоряжении и московское издание либретто 1871 года. Фрагментарные описания некоторых хореографических эпизодов первой петербургской «Катарины» для нас разыскала Ольга Федорченко, наш балетный консультант. Она же нашла в Санкт-Петербургском Государственном музее музыкального и театрального искусства эскизы костюмов Евгения Пономарева к мариинской постановке 1888 года. В архиве Большого театра удалось обнаружить четыре эскиза декораций к последней московской «Катарине» 1895 года и репетитор с музыкальными номерами. В Римской опере – клавир. Однако чем больше материалов оказывалось в нашем распоряжении, тем понятнее становилось, в каком направлении двигаться, и туманнее, как конкретно это делать.
Постепенно мы с моей коллегой Юлианой Малхасянц решили, что в хореографических придумках будем идти в сторону мелкой классической техники, а также осуществим подробную работу с характерным танцем и по возможности привлечем «азбуку жестов», которая у Перро являлась важной частью пантомимы. Ну а чем еще сейчас, когда создается огромное количество всевозможных дорожных карт в балете, можно удивить публику? Во-первых, качественным академизмом, во-вторых – уровнем актерской работы. Мне кажется, наша труппа этими задачами прониклась вполне.

Сергей Бобров
Спектакль при всей резвости парадоксально культурен. В нем россыпь шуток для своих – то Катарина вертится кладбищенской Жизелью и взбрыкнет в дуэте обольстительной Одиллией, то бандиты спускаются с гор Тенями «Баядерки», то офицеры прикинутся Эспадами «Дон Кихота». Всех зрителей, не только балетоманов, красивое пьянство в таверне ведет к версиям «Трех мушкетеров», а карнавал – к вечной комедии дель арте с ее арлекинами и неразберихой. Но любовный треугольник по законам жанра должен разрешиться, и тут постановщики идут ва-банк, наследуя традиции эпоса или даже «Воротам Расёмон» Акутагавы. Они предлагают подряд три разных финала, снабдив сцены виньеткой о времени и месте постановки: версия первая – убит Дьяволино, стыд и горе, версия вторая – убит художник Роза, стыд и горе, наконец, версия третья – никто не убит, Катарина счастлива с художником, Дьяволино – с горячей испанской вдовой, торжествует гуманность.
газета «Культура»
Красноярский балет в своем эксклюзивном проекте решился возродить один из утраченных репертуарных хитов XIX века фактически по либретто и фрагментарным описаниям танцев, а партитуру воссоздать на основе сохранившихся клавиров. Сюжет «Катарины» краткому пересказу не поддается, поддается только сверхкраткому: в предводительницу банды влюблены художник и разбойник, которые по очереди спасают ее от разных перипетий, параллельно ревнуя друг к другу. Спектакль оказывается скорее огромным дивертисментом, скроенным по лекалам вообще всех известных романтических балетов.

газета «Коммерсант»

Умная и умелая стилизация утраченного балета Жюля Перро и Цезаря Пуни оживила балетный ландшафт России грандиозным костюмно-постановочным спектаклем из разряда тех, что появляются не чаще раза в десятилетие. В энергиях этого представления соединены дотошное балето- и музыковедческое исследование (Ольга Федорченко, Елена Черемных), вдохновенная хореографическая лихость (Сергей Бобров, Юлиана Малхасянц), авторская изобретательность художников (Альона Пикалова, Елена Зайцева) и перфекционизм исполнителей. Форматы трех Grand Pas работают опорными конструкциями. Пантомимной «азбуке жестов» отзываются фейерверки жанровых танцев. Двадцать пять ружей в руках разбойниц стреляют в конце «Стратегического танца», строго в такт музыке оживляя легенду о том, как сам Николай I на предпремьерной репетиции в Санкт-Петербурге обучал балерин обращению с огнестрелом. Балет ли это? – Конечно, балет. Но еще спектакль-кроссовер, ведущий зрителей по большой истории искусства. Изобразительного, благо главный мужской персонаж – реальный итальянский художник XVII века Сальватор Роза, в чье пространство живописи и художественной полемики буквально вовлекает сценография Альоны Пикаловой. Костюмного: более чем сто сложносочиненных одеяний разбойников, аристократов и персонажей Римского карнавала играют в оптические игры с эскизами Евгения Пономарева к Мариинской постановке 1885 года. Музыкального: музыку Пуни автор оркестровой редакции «прошил» инструментовочными приемами позднейшего времени. И даже книжного: не запутаться в перипетиях пяти картин с тремя (!) финалами помогают гравированные картуши с кратким синопсисом сюжета.


Елена Черемных

На странице использованы фотографии Игоря Захаркина