ЗОЛОТАЯ МАСКА - ФЕСТИВАЛЬ И ПРЕМИЯ
Ольга Шайдуллина

Антигона

Театр-Театр, Пермь
Номинации на Премию 2022

Оперетта-мюзикл / спектакль
работа дирижера (Владимир Никитенков)
работа режиссера (Роман Феодори)
работа композитора (Ольга Шайдуллина)
работа художника (Даниил Ахмедов)
работа художника по костюмам (Даниил Ахмедов)
работа художника по свету (Тарас Михалевский)
женская роль (Эва Мильграм)
мужская роль (Альберт Макаров)
опера для драматических артистов 

Либретто Жени Беркович

Дирижер-постановщик, хормейстер: Владимир Никитенков 
Режиссер-постановщик: Роман Феодори 
Художник-постановщик, художник по костюмам: Даниил Ахмедов 
Хореограф-постановщик: Татьяна Баганова 
Художник по свету: Тарас Михалевский 
Педагог по вокалу: Евгения Прозорова 
Концертмейстер: Вероника Сысоева 
Создание видеоряда титров: Петр Марамзин

Артисты: Альберт Макаров, Эва Мильграм, Анна Огорельцева, Даниил Ахматов/Александр Аверин, Анна Сырчикова, Евгения Барашкова, Наталья Макарова, Ольга Пудова, Александр Гончарук, Семен Бурнышев, Михаил Меркушев, Тихон Малышев, Михаил Трусков 

Продолжительность 1 ч. 20 мин.
Возрастная категория 16+
Опера «Антигона» написана специально для Пермского Театра-Театра. В октябре 2019-го, задолго до пандемии, мы придумали художественное пространство спектакля – город, разрушенный гражданской войной, где жителям физически тяжело дышать. Это затрудненное дыхание стало отправной точкой в звуковом «коде». Этот тяжелый вдох и выдох – символ, метафора и одновременно звук времени.
Я писала музыку именно под оркестр Театра-Театра, под конкретных драматических артистов и хор. Получился эксклюзивный проект, опера, демонстрирующая весь арсенал средств, доступных современной академической музыке, но существующая в условиях и по законам драматического театра.
«Антигона» – пример музыкального языка, в котором сочетаются разные вокальные жанры (от сложно ритмизованных речитативов до примитивных колыбельных), синкопированные структуры, нетрадиционное звукоизвлечение (препарированное пианино и др.). Например, пролог построен на кашле, скрипах, шипах, благодаря чему зрители на физическом уровне чувствуют состояние жителей Фив, задыхающихся от смрада трупов. Без этого погружения в атмосферу сложно понять всю глубину трагедии Креонта, мотивов его «да».
В музыке «Антигоны» много экспрессии, терпкого, диссонирующего звучания. Но если зритель попробует сонастроиться с таким сложным языком, он попадет в многомерное пространство идей, эмоций, мыслей, которое интересно исследовать в этом спектакле.
Ольга Шайдуллина
Мы долго искали форму, подход к древнему мифу об Антигоне. Софокл, Ануй, Брехт – все интерпретации были перечитаны и отвергнуты. Ни одной цитаты из этих пьес вы не услышите, хотя, конечно, в каком-то смысле все они живут в нашем спектакле. Для оперы «Антигона» было создано абсолютно новое оригинальное произведение, построенное на двух либретто, драматургической игре с текстом. 
Текст в спектакле существует в двух параллельных измерениях – тот, что произносится и пропевается артистами, и тот, что транслируется в виде титров. В большинстве сцен эти тексты сильно отличаются. Субтитры написаны гекзаметром: это как бы имитация отдельной, «классической» пьесы. Тексты для пения и говорения – деконструкция, причем в разных сценах придумана своя схема расщепления: где-то пропеваются отдельные слова, складывающиеся в дополнительные смыслы, где-то – лишь половина строк и т.д. Чем дальше развивается сюжет, тем больше в самой ткани спектакля и в музыке присутствует гекзаметр.
Это история про разрыв между красотой (и неправдой) трагедии и тем, что переживает конкретная личность со своей правдой. Это история про то, как из реальной, страшной человеческой трагедии создается величественный, торжественный, лакированный миф.
Женя Беркович
Опера для драматических артистов – нетипичный для Театра-Театра жанр. В отличие от «мюзикловых» спектаклей, где музыкальный язык преимущественно опирается на песенные мелодии, – в современной опере герои пением разговаривают, если так можно выразиться. 
Функция оркестра также другая, она выходит за рамки простого аккомпанирования поющим актерам. Звучание оркестра создает атмосферу драмы, ее психологическое напряжение, дополняет несказанное словами.
Оркестровая партитура «Антигоны» – это целый мир оригинальных тембров, звуков и ритмов, с использованием нетрадиционных приемов и способов возникновения звучания на академических инструментах. 
Особая роль в спектакле принадлежит народу. Обязательно хочу произнести слова благодарности актерам, исполняющим партии хора. Им выпала непростая задача освоить дыхательные и шумовые звуки, которые, по задумке композитора, являются прямой речью, заменяя слова в привычном понимании, тем самым усиливая эмоциональную составляющую смыслов.

Владимир Никитенков

«Антигона» – это трагедия, и, как любая трагедия, она с первых минут вызывает ощущение внутреннего ужаса. По законам жанра, герои только появляются, а мы уже знаем, что они обречены. История противостояния Креонта, нового царя Фив, желающего навести порядок в разрушенном войной государстве, и его племянницы Антигоны, осмелившейся нарушить запрет хоронить тело брата, заканчивается смертью главной героини, ее жениха Гемона и его матери Эвридики. Да, в Фивах воцарился мир, но возникает главный вопрос пьесы: что важнее – жизнь конкретного человека или порядок в государстве? Почти как у Достоевского: «Счастье всего мира не стоит одной слезы на щеке невинного ребенка». Или все-таки стоит? 
В спектакле мы не будем давать ответы на эти вопросы, обличать или оправдывать кого-то из героев. Мы хотим показать две точки зрения, диалог между двумя правдами и оставить зрителю право выбирать, на чьей он стороне – Креонта или Антигоны.
Если задуматься, все мы ежедневно должны принимать решения: кто-то в масштабах семьи, кто-то – в масштабах предприятий и городов. В «Антигоне» нам был интересен именно этот личностный план – тема человека, вынужденного выбирать и оставаться верным своему выбору до конца. 

Роман Феодори
 

Зрители «Антигоны» не увидят на сцене античных колонн и людей в тогах. Город не будет похож на греческие Фивы. На сцене установлена минималистичная декорация по принципу павильона: две стены с окнами и дверями, квадрат пола, выступающего углом в сторону зала, несколько стульев. Это одновременно тронный зал Креонта, городская площадь, убежище, тюрьма, погребальная комната... А может быть, целое государство-судно, потерявшее управление. Пространство нашего спектакля символично, универсально и могло бы существовать вчера, сегодня, завтра в любой точке мира. Благодаря условности места и времени древний миф становится актуальным и живым.
Действие пьесы происходит в разрушенном гражданской войной, заваленном разлагающимися трупами городе: воздух отравлен, невозможно ходить, трудно дышать. Поэтому при создании визуального образа спектакля и костюмов мы опирались на эстетику постапокалипсиса, ядерной чернобыльской катастрофы. 
В сценографии используется яркий перформативный прием: параллельно с тем, как развивается история Антигоны, сценическое пространство меняется, преобразуется. На смену убожеству, грязи и хаосу приходит красота, вместо обломков цивилизации мы видим восстановленное государство. И на фоне этого идеального порядка происходит казнь Антигоны, смерть Гемона и Эвридики. Но стоит ли новый мир стольких жертв?

Даниил Ахмедов

Современная опера отличается для исполнителей многозадачностью. Артист решает на сцене сразу несколько задач – вокальных, драматургических, пластических. Он взаимодействует с партнерами, с окружающим декорационным пространством, предметами, с плотной средой музыки и текста – со всем этим объемным, постоянно меняющимся, живым и дышащим полотном. Здесь важно осознанное присутствие в моменте, важно отслеживать возникающие ситуации, принимать решения, действовать, а действие, как правило, выражается в телесности. Главная составляющая оперы «Антигона» – вокал, и он также является частью телесной системы.
Передо мной не стояло задачи придумать хореографический текст спектакля – мы с актерами и танцовщиками создавали персонажей условного мира древнегреческой трагедии, обоснованно существующих в предлагаемых обстоятельствах. 

 
Татьяна Баганова


В тандеме с Романом Феодори и Даниилом Ахмедовым мы выпустили больше 10 спектаклей. Так что можно с уверенностью говорить о давно сложившейся команде, где все понимают друг друга с полуслова. Даниил Ахмедов – большой выдумщик, он умеет из простых вещей делать крутые и стильные пространства. И что самое главное, его сценография не просто стоит колом, а работает, даже если ничего особо не трансформируется. 
Все действие «Антигоны» происходит в павильоне. Это чистое архитектурное пространство, поэтому свет в спектакле довольно реалистичный, павильонный. Развитие идет в основном от искусственного освещения к натуральному, природному. Меняются состояние, атмосфера: от жуткого рампового света с многочисленными тенями до выхолощенного светлого холодного павильона. Свет создает ирреальность, вносит драматизм, поддерживает все музыкальные перемены и перемены в сценографии. 
В спектакле такого жанра я работаю впервые, но, по сути, здесь используются те же приемы, что в оперной или в драматической постановке. Иногда у нас прорывается жанр мюзикла, который предполагает динамический свет, особенно в кульминационных и ритмичных моментах. И возникает, конечно, желание «шарахнуть эффектами», «лучи погонять», но приходится держать единый целостный стиль. Наш самый большой динамический эффект – это дрожащая от перебоев бытовая лампочка.
Ольга Шайдуллина написала очень мощную и необычную вещь, как мне кажется, даже для самой себя неожиданную. Так что для нас для всех это в чем-то новаторский материал. 


Тарас Михалевский


Самое поразительное в концепции этого спектакля пермского Театра-Театра – то, что она была придумана в 2019 году. Режиссер Роман Феодори и драматург Женя Беркович задумались над тем, какой должна быть обстановка в древнем городе сразу после гражданской войны, и пришли к простому выводу: там должно быть трудно дышать. Ну буквально: масса покойников, многих еще не успели похоронить, жаркое солнце, и – граждане, обязательно носите защитные маски, призывает городская газета. Да все и так носят, кто побогаче – помассивней, кто победнее – тряпочки. И именно в этой обстановке развивается древний сюжет о девушке, что хочет похоронить своего брата, воевавшего против родного города, и правителе города, отце ее жениха, объявившем, что каждого, кто попробует закопать этого мертвого повстанца, ждет смерть. Композитор Ольга Шайдуллина сочинила яркую музыку для этой отчаянной истории, и артисты Театра-Театра проживают ее, пропевают с точным чувством вечности и ежедневной актуальности повести об Антигоне.

Анна Гордеева

На странице использованы фотографии Никиты Чунтомова